Измена в 45. Моя горькая сладость

- Вера, - сказал он тихо. - Нам надо поговорить.

Я знала. Ещё до того, как он произнёс эту фразу - самую страшную фразу в семейной жизни - я знала.

- Конечно, - сказала я слишком бодрым голосом. - Давай поговорим за ужином. Я утку запекла, с апельсиновым соусом, как ты любишь.

- Вера, - он наконец посмотрел мне в глаза. - Я ухожу.

Два слова. Они повисли между нами, тяжёлые, как бетонные плиты.

- Куда? - глупо спросила я, словно он собирался в командировку.

Александр вздохнул. В этом вздохе было всё: усталость, сожаление и облегчение человека, наконец решившегося прыгнуть с высоты.

- К Ольге. Моей… - он запнулся.

- Секретарше, - закончила я за него. - Вы давно?..

- Восемь месяцев, - ответил он просто.

- Ты уверен? - спросила я тихо, чувствуя как на кусочки рвётся сердце. - В том, что хочешь разрушить всё, что у нас было?

- Я больше не люблю тебя, - ответил он просто. - Прости.